257 анекдотов в разделе
Разговор двух штурмовиков. — Интересно, если я подойду к Лорду Вейдеру и скажу, что он сегодня прекрасно выглядит, даст ли он мне повышение? — Да, он тебе даст… по шее…
Вариант 1. Ребел: Вейдер умер. И… с ним! Призрак Вейдера: Ах, как же он заблуждается… Вариант 2. «Вейдер умер», — подумал Люк. «И ситх с ним», — додумал он, вспомнив про Императора.
Таркин предлагает Вейдеру сфотографироваться на фоне Звезды Смерти. Сфотографировались. Вейдер: — Вот чёрт! — Что такое? — Да я опять моргнул…
— Слушай, а Вейдер, он какой? — Да такой же, как твои вонскры, злой. — Во блин, а говорили, в Империи только люди служат…
Эпизод 5. Беспин, дуэль Вейдера и Скайуокера. Вейдер отрубает Люку правую руку, рука исчезает в бездонной шахте. Тот вопит от неожиданности, от обиды. Ну, от боли… Тёмный Лорд, наблюдая за всем этим, флегматично замечает: — Да не бойся, я так же начинал.
При жизни Палпатин имел дело со многими форс-юзерами. После смерти он решил для себя, что среди одарённых бывают ситхи, бывают и джедаи, а ещё есть Вейдер.
— Папа, помоги мне! — кричал Люк. Вейдер стоял неподвижно. На его панели управления горело: «Ждущий режим».
Вейдер бьёт морду Оби-Вану и вопит на последнего: — Запомни, Вейдер я! Слышал, сволочь, Вейдер! Ещё раз обзовёшь Анакином — в суд подам за неполиткорректность!
Почему Вейдер кинул Палпатина в реактор? Потому что на ЗС электричество кончилось.
После падения в лаву: Анакин перешёл на Тёмную сторону Силы, потому что на Светлой мог прожить ровно две минуты.
Анакин видит сон, в котором его любимая жена Падме умирает, а он не может ей помочь… — Как я мог ей помочь, если в то время был в лаве?! — раздражённо ответил Вейдер.
Почему джедаи погибли? Потому что Дарт Вейдер вывесил на проходной Храма объявление: «Всех рыцарей-джедаев срочно просят подойти в Великую Силу. Явка обязательна». Почему Йода и Кеноби спаслись? Потому что только эти двое сообразили, что они уже не рыцари, а магистры.
Всё тот же Анакин во главе всё той же роты штурмовиков идёт по Храму. Он открывает дверь в зал, где тренируются дети. — Эни, Эни! — радостно кричат дети. Анакин входит. Дверь за ним закрывается. Проходит десять минут. Дверь открывается. Оттуда выходит Анакин, весь в краске, жвачках, с причёской «я у мамы дурачок». — Что с вами, господин? — в ужасе спрашивает командир роты. — Да я им сказал, что занятий больше не будет! — вопит ученик Сидиуса. Потом затравленно смотрит на дверь, где тренируются подростки. Затем лицо его искажается ситховской ненавистью и презрением к людям. — А туда пойдёшь — ты! — и тыкает в командира штурмовиков.
«Если бы я смог начать жизнь сначала, — сказал однажды Дарт Вейдер, — я наделал бы тех же самых ошибок, но начал бы делать их намного раньше».
Медайн отчитывает строителей за чрезмерную бережливость в строительстве: — Вы уверены, что высота этой двери нам подойдёт?! Да здесь и Вейдер не пролезет! — Не надо волноваться, адмирал. В наше строение Вейдера не пустят.
«Служба не помеха для дружбы», — сказал однажды Дарт Вейдер Люку Скайуокеру.
— Между Первой и Второй перерывчик небольшой, — сказал Император Вейдеру. — Одна диссертация и одна ампутация, — возразил Чёрный Лорд.
Разговор Дарта с Гэлионом. Гэлион: — Я обойдусь с ним по заслугам. — Нет, лучше, сынок. Ведь если с каждым обходиться по заслугам, то кто же избежит порки?!
Маленький Фредерик пристрастился при каждом удобном и неудобном случае говорить: «Таркин тебя!» — что, естественно, не нравилось Вейдеру. — Послушай, Фредди, вот, видишь десять кредов? Я подарю их тебе, если ты пообещаешь мне больше никогда не произносить этих слов. — Хорошо, Дарт, — ответил Фредерик, беря монету. — Обещаю. Положив деньги в карман, мальчик хитро улыбнулся и сказал: — Дарт, а я знаю выражение, которое стоит целых пятьдесят кредиток!
Однажды лорду Вейдеру попали в руки две древнейшие таблички, написанные на древнеальдераанском языке. Три недели кропотливого труда, и тайна семитысячелетней давности раскрылась. На одной было написано: «Настали другие времена». На второй: «Скоро будет конец света. Дети не слушаются родителей, и каждый сочиняет анекдоты».